Тайна вечности на запястье: почему швейцарские часы покоряют сердца уже пять веков

Представьте себе предмет, который одновременно является произведением искусства, инженерным чудом и молчаливым спутником на протяжении десятилетий. Что-то, что не просто показывает время, а рассказывает историю — историю мастера, вложившего душу в каждую деталь, историю эпохи, запечатлённой в изгибе стрелки, историю самого владельца, чьи радости и испытания отсчитываются этими безупречными тиканьями. Именно такими спутниками становятся подлинные швейцарские часы — не просто аксессуары, а наследие, передающееся из поколения в поколение. И если вы однажды решите прикоснуться к этому наследию, отправной точкой может стать надёжный магазин швейцарских часов, где каждая модель ждёт того, кто оценит её истинную ценность. Но прежде чем сделать выбор, давайте разберёмся: что же скрывается за магией швейцарского циферблата и почему эти механизмы продолжают будоражить воображение даже в эпоху смартфонов и умных гаджетов?

От крестьянских хижин к мировому господству: как Швейцария стала часовой столицей планеты

Ирония истории в том, что швейцарское часовое величие родилось не из амбиций, а из вынужденной необходимости. В конце XVI века Женеву потрясла волна религиозных реформ: Жан Кальвин, возглавив протестантское движение, запретил своим последователям носить украшения. Золотых дел мастера, ювелиры и гравёры оказались на грани нищеты — их ремесло в одночасье стало «греховным». Но гений выживания заставил их проявить изобретательность: если нельзя делать побрякушки для тщеславия, почему бы не создавать точные механизмы для измерения времени? Так родилось неожиданное слияние ювелирного искусства и инженерной мысли — основа будущего триумфа швейцарских часов.

Переломный момент наступил в XVII веке, когда французский король Людовик XIV отменил Нантский эдикт, обеспечивавший религиозную свободу гугенотам. Тысячи французских часовщиков-протестантов бежали в Швейцарию, принеся с собой передовые технологии и секреты мастерства. Они осели преимущественно в Женеве и её окрестностях, создав уникальную экосистему: в долинах Юры, где долгие зимы не позволяли заниматься сельским хозяйством, целые семьи превратили свои дома в миниатюрные мастерские. Отец точил шестерёнки, мать полировала детали, дети собирали механизмы — так родилась система «эта́ж» (établissage), при которой десятки независимых ремесленников специализировались на отдельных операциях, а финальную сборку осуществлял мастер-часовщик. Эта децентрализованная модель производства обеспечила Швейцарии невероятную гибкость и качество, став фундаментом её будущего доминирования.

К середине XIX века швейцарские часы уже покоряли мир. Но настоящий прорыв случился благодаря неожиданному сопернику — американской промышленности. Когда в США начали массово выпускать дешёвые часы на фабриках, швейцарцы поняли: конкурировать в цене бессмысленно. Их путь — в безупречном качестве, сложности механизмов и эстетике. Был принят знаменитый закон «Swiss Made», установивший жёсткие критерии: минимум 60% стоимости механизма должно производиться в Швейцарии, финальная сборка и контроль качества — только на швейцарской территории. Этот знак стал не просто маркировкой, а символом доверия, гарантией того, что внутри корпуса бьётся сердце, рождённое в альпийских долинах.

Регионы-легенды: где рождаются шедевры часового искусства

Швейцария — страна небольшая, но каждый её часовой регион обладает уникальным характером, как винодельческие области Франции. Женева, колыбель часового дела, до сих пор ассоциируется с элегантностью и ювелирной отделкой. Здесь расположены мастерские тех марок, чьи циферблаты украшены эмалью, гравировкой и драгоценными камнями. Женевский клеймо «Poinçon de Genève» — одна из самых строгих сертификаций в мире: механизм должен быть не просто точным, но и эстетически безупречным даже в тех частях, которые никогда не увидит владелец. Каждая шестерёнка полируется вручную, мосты украшаются перламутровой насечкой Côtes de Genève, а спирали балансов получают идеальную геометрию.

Всего в 40 километрах к северу от Женевы раскинулась долина Валле-де-Жу — сердце швейцарского часового производства. Этот регион, прозванный «Часовой долиной», производит около 70% всех швейцарских часов. Здесь, среди заснеженных вершин и глубоких ущелий, расположены штаб-квартиры как массовых, так и ультра-премиальных марок. Особая гордость региона — городок Ле-Сантье, где в 1798 году родился Антуан Норбер де Патек, будущий основатель Patek Philippe. В Валле-де-Жу почитают традиции сложных усложнений: вечные календари, минутные репетиры, турбийоны — всё это создаётся именно здесь, в мастерских, где один часовой механизм может собираться вручную более года.

А на другом конце страны, в берегах озера Невшатель, расцвела совсем иная философия. Здесь, в городе Биль/Бьен, с конца XIX века развивалась школа точности и инноваций. Именно в этом регионе расположены лаборатории COSC (Официальный швейцарский институт хронометрии), где каждый механизм проходит 15 дней строжайших испытаний в пяти положениях и при трёх температурах. Чтобы получить сертификат хронометра, часы должны отклоняться не более чем на -4/+6 секунд в сутки — показатель, недостижимый для большинства массовых производителей. Благодаря этой одержимости точностью, регион Невшатель стал домом для марок, чьё имя стало синонимом надёжности в самых экстремальных условиях — от глубин океана до вершин Гималаев.

Цифры, которые говорят громче слов: статистика швейцарского часового экспорта

За романтической историей стоят внушительные цифры, подтверждающие неоспоримое лидерство Швейцарии в премиальном сегменте. Даже в эпоху цифровизации и экономических кризисов швейцарские часы демонстрируют удивительную устойчивость — их воспринимают не как товар, а как актив и объект вложения. Приведём данные за последние годы, чтобы понять масштаб явления:

Год	Объём экспорта (млрд швейцарских франков)	Рост/падение к предыдущему году	Ключевые рынки сбыта
2021	21,7	+12,5%	Китай, США, Япония
2022	25,3	+16,6%	США, Китай, ОАЭ
2023	24,8	-2,0%	США, Китай, Гонконг
2024	26,1	+5,2%	США, Китай, Сингапур

Обратите внимание на любопытную деталь: даже в 2023 году, когда мировая экономика переживала замедление, падение экспорта составило всего 2% — минимальный показатель среди всех сегментов роскоши. А в 2024 году рынок не просто восстановился, но и превысил докризисные значения. Особенно впечатляет структура продаж: доля часов стоимостью свыше 5000 франков постоянно растёт, достигнув 78% от общего объёма экспорта. Это означает, что потребитель готов платить за качество, историю и мастерство — те самые ценности, которые швейцарские часовщики культивировали столетиями.

Механизм как поэзия: что скрывается под крышкой корпуса

Если снять заднюю крышку качественных швейцарских часов, перед вами предстанет не набор металлических деталей, а живой организм, где каждая часть выполняет свою роль в гармоничном танце. Сердце любого механического хронометра — балансовый регулятор, колесо с пружиной, совершающее от 18 000 до 36 000 колебаний в час. Именно его ритмичные движения определяют точность хода. Каждое колебание — это микроскопический шаг времени, преобразуемый через систему шестерён в плавное движение стрелок. В отличие от кварцевых часов, где время отсчитывает вибрации кристалла кварца под воздействием электричества, механические часы живут собственной жизнью: их сердцебиение зависит от натяжения пружины, от трения в подшипниках, даже от положения на запястье владельца.

Особое восхищение вызывает турбийон — усложнение, изобретённое Абрахамом-Луи Бреге в 1795 году для борьбы с ошибками хода, вызванными земным притяжением. Представьте: весь спусковой механизм (баланс, анкер и спусковое колесо) помещён в вращающуюся клетку, которая делает полный оборот за 60 секунд. Это непрерывное вращение компенсирует влияние гравитации в разных положениях часов, повышая точность. Сегодня турбийон уже не столько техническая необходимость (современные материалы и конструкции свели гравитационные ошибки к минимуму), сколько демонстрация мастерства: создать такой механизм размером с ноготь мизинца, состоящий из 60–80 микродеталей, каждая из которых обработана вручную — задача, под силу лишь избранным мастерам. Стоимость часов с турбийоном начинается от 30 000 франков и легко достигает нескольких сотен тысяч.

Но не стоит думать, что только сложные усложнения определяют ценность часов. Иногда истинное совершенство проявляется в простоте. Возьмём, к примеру, знаменитый калибр ETA 2824-2 — рабочую лошадку швейцарской индустрии, установленную в миллионах часов от доступных до премиальных марок. Этот автоматический механизм с запасом хода 38 часов и частотой 28 800 колебаний в час демонстрирует, что надёжность и точность не обязательно требуют изысканной сложности. Его секрет — в безупречной инженерной проработке: идеальные зазоры между деталями, специальные смазочные материалы, устойчивые к старению, и продуманная система автоподзавода, которая эффективно преобразует даже минимальные движения руки в энергию пружины. Именно такие «незаметные» достижения делают швейцарские часы спутниками на десятилетия.

Три пути к точности: механика, автоматика и кварц

Выбирая швейцарские часы, важно понимать принципиальные различия между типами механизмов — они определяют не только удобство использования, но и саму философию обладания. Давайте разберём каждый тип без излишнего технического жаргона, чтобы вы могли принять осознанное решение.

Механические часы с ручным заводом — самые аутентичные представители часового искусства. Их владелец ежедневно вступает в диалог с механизмом: поворачивая заводную головку 20–40 раз, он вкладывает в пружину энергию, которая затем постепенно высвобождается в течение 36–48 часов. Этот ритуал создаёт особую связь между человеком и предметом — часы «просыпаются» от вашей руки, их ход зависит от вашей заботы. Механика с ручным заводом часто тоньше автоматических аналогов (ведь нет места для ротора автоподзавода), что позволяет создавать изящные, почти невесомые модели. Однако такой выбор требует дисциплины: забыв завести часы утром, к вечеру вы обнаружите остановившийся циферблат.

Автоматические часы, или «самозавод», — гениальное изобретение, сочетающее механическую душу с практичностью. Внутри корпуса закреплён полуротор из вольфрама или золота, который под действием движений руки вращается вокруг оси, передавая энергию на завод пружины. Достаточно носить часы 8–10 часов в день, и они будут идти бесперебойно. Если вы снимаете их на ночь — проблем нет: запаса хода (обычно 40–70 часов) хватит до утра. Автоматика стала идеальным компромиссом для современного человека: вы получаете живой механический механизм без ежедневных ритуалов завода. Единственный нюанс — при длительном хранении (более двух дней) часы остановятся, и их придётся завести вручную или поместить на специальный девайс — вращающуюся подставку (таймкодер), имитирующую движения руки.

Кварцевые швейцарские часы — детище 1970-х годов, когда Швейцария переживала «кварцевый кризис», вызванный нашествием японских электронных хронометров. Вместо того чтобы исчезнуть, швейцарцы адаптировались, создав собственные кварцевые калибры высочайшего качества. Принцип работы прост: батарейка подаёт ток на кристалл кварца, который вибрирует с частотой 32 768 раз в секунду. Электронная схема преобразует эти вибрации в импульсы, двигающие шаговый мотор, который в свою очередь продвигает стрелки. Точность кварца поразительна: отклонение ±15 секунд в месяц против ±5 секунд в сутки у механических хронометров. Кварцевые швейцарские часы — выбор для тех, кто ценит абсолютную надёжность, минимальное обслуживание (замена батарейки раз в 2–5 лет) и доступную цену при сохранении статуса «Swiss Made».

Сравнительная таблица: какой механизм выбрать именно вам?

Критерий	Механика (ручной завод)	Автоматика	Кварц
Точность	±5–10 сек/сутки	±3–7 сек/сутки	±15 сек/месяц
Запас хода	36–48 часов	40–70 часов	2–5 лет (до замены батарейки)
Обслуживание	Чистка каждые 4–5 лет	Чистка каждые 4–5 лет	Замена батарейки + чистка каждые 5–7 лет
Толщина корпуса	Самая тонкая	Средняя (из-за ротора)	Тонкая или средняя
Цена (ориентир)	От 2 500 CHF	От 2 000 CHF	От 300 CHF
Для кого подходит	Ценители ритуала и традиций	Активные люди, ценящие механику	Практики, ценящие точность и простоту

Материалы, которые переживут века: от нержавеющей стали до сапфирового стекла

Корпус и браслет часов — это не просто «упаковка» для механизма, а первая линия обороны против времени, влаги и ударов. Швейцарские производители подходят к выбору материалов с одержимостью, достойной алхимиков. Самый распространённый материал — сталь 316L, так называемая «хирургическая» нержавеющая сталь. Её секрет — в минимальном содержании углерода (не более 0,03%), что делает металл невероятно устойчивым к коррозии даже при контакте с потом или морской водой. Но швейцарцы пошли дальше: многие премиальные марки используют сталь 904L, применяемую в химической промышленности для резервуаров с агрессивными средами. Она дороже в обработке, но даёт непревзойдённый блеск после полировки и практически не тускнеет десятилетиями.

Для тех, кто ищет лёгкость без потери прочности, существует титан — металл, завоевавший часовые мастерские благодаря аэрокосмической промышленности. Титан на 45% легче стали при сопоставимой прочности, гипоаллергенен и обладает характерным тёмно-серым оттенком. Однако его обработка требует специальных инструментов: титан «плывёт» под резцом, что усложняет создание идеальных фасок и полированных поверхностей. Поэтому часы из титана часто стоят дороже стальных аналогов — вы платите не за материал, а за трудоёмкость изготовления. Любопытный факт: некоторые производители используют сплав титана с алюминием и ванадием (Ti-6Al-4V), который ещё прочнее и легче, но встречается преимущественно в профессиональных дайверских моделях.

А теперь поговорим о стекле — «окне» в мир механизма. Раньше часы защищали плексигласом (органическое стекло), которое легко царапалось, но не разбивалось. Затем на смену пришло минеральное стекло — твёрже, но хрупко. Современный стандарт для качественных швейцарских часов — сапфировое стекло, по твёрдости уступающее только алмазу (9 баллов по шкале Мооса против 7 у минерального). Царапины на нём оставят лишь материалы с аналогичной или большей твёрдостью — в быту таких практически нет. Но есть нюанс: сапфир хрупок на удар. Чтобы компенсировать это, многие производители наносят на внутреннюю сторону стекла антибликовое покрытие из оксида металла, а само стекло делают чуть выпуклым — так оно лучше распределяет ударную нагрузку. Некоторые марки идут ещё дальше, добавляя в сапфир небольшую долю алюминия для повышения ударной вязкости — результат называют «сапфир с улучшенной прочностью».

Золото в часах: не только про статус, но и про химию

Когда речь заходит о золотых часах, многие представляют себе жёлтый блеск классического сплава. Но современная часовая индустрия давно ушла от однообразия: сегодня золото в часах — это целая палитра оттенков, каждый из которых достигается уникальной рецептурой сплава. Жёлтое золото 18 карат (75% чистого золота) традиционно смешивают с медью и серебром — медь даёт тёплый оттенок, серебро смягчает его. Розовое золото получают увеличением доли меди до 22–25%, что создаёт романтичный оттенок заката. А вот белое золото — результат настоящей химической алхимии: к золоту добавляют палладий или никель, а затем покрывают родием для получения холодного блеска платины.

Особняком стоит королевский синий оттенок — результат сплава золота с железом при высоком давлении. Этот цвет, впервые представленный в 2012 году, требует сложнейших технологий: железо плохо смешивается с золотом, поэтому процесс плавки происходит в вакууме при температуре 1500°C. Полученный сплав настолько редок и сложен в обработке, что часы с синим золотом часто становятся лимитированными коллекциями. Ещё более экзотичен вариант — зелёное золото, где к классическому сплаву добавляют серебро в повышенной концентрации. Такой оттенок напоминает весеннюю листву и встречается преимущественно в женских коллекциях.

Важно понимать: чистое золото (24 карата) для часов непригодно — оно слишком мягкое. Поэтому все золотые часы изготавливаются из сплавов 18 карат (75% золота) или 14 карат (58,5%). Первый вариант предпочтительнее: он сохраняет благородный цвет и лучше противостоит потускнению. При покупке золотых часов обратите внимание на маркировку на корпусе — там обязательно указана проба (750 для 18К или 585 для 14К). И помните: настоящие золотые часы никогда не будут лёгкими — их вес ощущается сразу, это одна из первых проверок подлинности.

Как выбрать свои часы: руководство для тех, кто впервые в жизни покупает швейцарский хронометр

Первое правило выбора часов звучит парадоксально: не покупайте часы, которые «нравятся». Покупайте те, которые «чувствуются». Разница принципиальна: эстетическое удовольствие от картинки в интернете часто обманчиво. То, что выглядит элегантно на экране, на запястье может оказаться громоздким, тяжёлым или не сочетающимся с вашим стилем одежды. Поэтому первое и самое важное правило — примерка. Наденьте часы и проживите с ними хотя бы 20 минут: поднимите руку, посмотрите на циферблат под разным углом, ощутите вес на запястье. Хорошие часы становятся продолжением руки — вы перестаёте их замечать физически, но при этом они радуют взгляд каждый раз, когда вы проверяете время.

Размер корпуса — главная ловушка для новичков. В 2000-х годах мода на огромные часы (45–48 мм в диаметре) заставила многих мужчин купить модели, которые выглядели как приборная панель на тонком запястье. Сегодня тренд сместился в сторону умеренности: оптимальный диаметр для мужских часов — 38–42 мм, для женских — 26–34 мм. Но ориентироваться стоит не на моду, а на пропорции вашего запястья. Простой тест: проведите линию от косточки запястья до начала ладони. Если эта длина меньше 16 см — избегайте моделей крупнее 40 мм. От 16 до 18 см — комфортная зона 40–42 мм. Свыше 18 см — можно экспериментировать с 43–44 мм. Помните: толщина корпуса не менее важна, чем диаметр. Часы толщиной свыше 13 мм будут цепляться за манжеты рубашки и не подойдут под классический костюм.

Циферблат — душа часов. Его цвет и текстура определяют характер всего изделия. Белый или кремовый циферблат — универсальный выбор для офиса и торжественных случаев. Чёрный — строгий, современный, отлично сочетается с повседневной одеждой. Синий — компромисс между формальностью и характером, сегодня один из самых популярных оттенков. Но не менее важна текстура: матовый циферблат выглядит сдержанно, солнечный градиент (когда цвет плавно темнеет от центра к краям) добавляет глубины, а гильошированный узор (микроскопическая резьба, создающая игру света) — признак высокого класса. Если вы выбираете первые серьёзные часы, остановитесь на классическом белом или чёрном циферблате без излишеств — такие модели никогда не выйдут из моды и сочетаются с любым гардеробом.

Практический чек-лист перед покупкой

• Проверьте размер корпуса относительно вашего запястья — часы не должны визуально «съедать» руку
• Убедитесь, что длина браслета регулируется — даже в магазине идеально подогнанный браслет может стать тесным или свободным при изменении погоды
• Посмотрите на часы при разном освещении: некоторые циферблаты теряют привлекательность под искусственным светом
• Проверьте плавность хода секундной стрелки — в механических часах она должна двигаться «бархатно», без рывков (8–10 шагов в секунду)
• Уточните глубину водонепроницаемости: маркировка 30 м означает защиту только от брызг, 100 м — подходят для плавания, 200 м и выше — для дайвинга
• Убедитесь, что в комплекте есть международная гарантия производителя (минимум 2 года) и документы, подтверждающие подлинность
• Спросите о сервисной политике: где в вашем городе находится авторизованный сервисный центр

Уход, который продлит жизнь на десятилетия

Швейцарские часы созданы для того, чтобы служить десятилетиями, но даже самые надёжные механизмы требуют заботы. Представьте их как живой организм: без внимания они стареют быстрее, с правильным уходом — расцветают с годами. Главный враг механических часов — пыль и высохшая смазка. Со временем масло в механизме теряет свои свойства, детали начинают тереться друг о друга, что приводит к износу. Поэтому каждые 4–5 лет часы нужно отдавать в сервис для полной разборки, чистки и повторной смазки. Это не прихоть, а необходимость: пренебрежение этой процедурой может привести к поломке спускового механизма — самого дорогого узла в часах.

Ежедневный уход гораздо проще, чем кажется. После контакта с водой (даже если часы водонепроницаемы) протирайте корпус мягкой тканью — соли из пота или морской воды со временем разъедают металл. Храните часы вдали от источников магнитного поля: смартфоны, планшеты, колонки и даже сумки с магнитными застёжками могут намагнитить балансовую пружину, что приведёт к серьёзному ускорению хода (часы могут убегать на часы в сутки). Если вы подозреваете намагничивание, не паникуйте — эту проблему легко решает демагнитизатор, который есть в любом часовом сервисе. Процедура занимает 30 секунд и стоит символическую сумму.

Для владельцев автоматических часов есть особый совет: если вы не носите часы больше двух недель, заведите их вручную перед надеванием. Резкий запуск остановившегося механизма от движения руки создаёт ударную нагрузку на шестерни. Лучше сделать 20–30 оборотов заводной головки, дать механизму «проснуться», и только затем надевать часы. А если у вас коллекция из нескольких пар, приобретите таймкодер — вращающуюся подставку, которая будет поддерживать ход часов в ваше отсутствие. Это не роскошь, а практичность: постоянное движение предотвращает застывание смазки и продлевает интервалы между сервисными обслуживаниями.

Инвестиция в вечность: стоят ли швейцарские часы своих денег?

Спор о том, являются ли швейцарские часы инвестицией, ведётся десятилетиями. Одни утверждают, что любые часы — предмет потребления, теряющий 30–50% стоимости сразу после покупки. Другие приводят примеры моделей, которые за 20 лет подорожали в десятки раз. Истина, как обычно, где-то посередине. Да, подавляющее большинство швейцарских часов не являются финансовой инвестицией в классическом смысле. Но они инвестиция в другом смысле — в удовольствие, статус и эмоциональную связь. Правильно подобранные часы сопровождают вас на важнейших этапах жизни: первое свидание, защита диплома, рождение ребёнка, подписание контракта. Они становятся хранителями воспоминаний — и в этом их истинная ценность.

Однако существуют категории часов, которые действительно растут в цене. Во-первых, это лимитированные выпуски известных марок: если производитель выпустил всего 500 экземпляров модели, спрос на вторичном рынке почти всегда превысит предложение. Во-вторых, исторические модели с культовым статусом: определённые версии Rolex Submariner 1960-х, Patek Philippe Nautilus 1970-х годов сегодня стоят в десятки раз дороже первоначальной цены. Но покупать такие часы как инвестицию сегодня — рискованно: рынок перегрет, и цены на некоторые модели завышены спекулянтами. Настоящая инвестиционная ценность проявляется через 15–20 лет, когда модель становится историей.

Если вы всё же рассматриваете часы как актив, следуйте трём правилам. Во-первых, покупайте только то, что вам нравится эстетически — так вы не пожалеете, даже если цена не вырастет. Во-вторых, сохраняйте всю оригинальную упаковку, документы и гарантийные талоны: полный комплект («full set») повышает стоимость на вторичном рынке на 20–40%. В-третьих, избегайте моделей «горячих» на текущий момент — к моменту перепродажи мода может измениться. Лучше выбрать вечную классику: простой трёхстрелочный хронометр с белым циферблатом никогда не потеряет актуальности, в отличие от броской модели с ярким циферблатом, популярной сегодня.

Заключение: время, которое вы выбираете сами

В мире, где время измеряется в лайках, сторис и бесконечных уведомлениях, швейцарские часы предлагают нечто революционное — замедление. Они не спешат показать вам погоду, не напомнят о встрече и не подскажут маршрут. Они делают нечто более ценное: возвращают вам право решать, как распорядиться каждой минутой. Каждое тиканье — это не отсчёт до следующего события, а напоминание о настоящем моменте. В этом их глубинная магия: они не управляют вами, они сопровождают вас.

Выбирая швейцарские часы, вы выбираете не аксессуар. Вы выбираете философию — философию мастерства, уважения к традициям и веры в то, что лучшие вещи создаются медленно, с душой и вниманием к деталям. Вы становитесь частью цепи, протянувшейся через пять столетий: от кальвинистских ювелиров Женевы до современных мастеров, полирующих детали под микроскопом в альпийских долинах. И когда через десять, двадцать, тридцать лет вы передадите эти часы следующему поколению, вы передадите не просто механизм. Вы передадите историю — историю эпохи, историю семьи, историю времени, которое вы прожили осознанно.

Так что в следующий раз, когда вы посмотрите на свои часы, не просто проверьте время. Почувствуйте пульс механизма под стеклом. Представьте руки мастера, который собирал его. Вспомните момент, когда вы впервые надели их. И знайте: вы владеете не просто предметом. Вы владеете маленьким кусочком вечности — тем, что продолжит свой путь, когда нас уже не станет. И в этом есть особое утешение: в мире всего временного есть вещи, способные победить время. Швейцарские часы — одна из них.